Версия для слабовидящих

Писатели

Габдулла Тукай (Тукаев Габдулла Мухаммедгарифович) родился 26 (14  по старому стилю) апреля 1886 г. в деревне Кушлауч Казанской губернии (ныне Атнинского района Рерпублики Татарстан) в семье приходского муллы.

Оставшись рано сиротой, первое время жил у дедушки, который в 1889 г. отправил мальчика в Казань. В 1895 г. девятилетний Габдулла приехал в Уральск к двоюродной сестре. 

В Уральске прошли детство и юность поэта. Был взят в семью купца Усманова, где была хозяйкой его тетя по линии отца. Учился в медресе прогрессивно настроенных Тухватуллиных, кроме того посещал русский класс и проявил высокую одаренность. Начавшаяся в стране революция всколыхнула жизнь и в таком небольшом городке, как Уральск. Здесь появились первые татарские газеты и журналы «Фикер», «Аль-Гасраль-джадид», «Уклар» и др. Г. Тукай сотрудничает в них и выступает с многочисленными стихами и статьями на темы, поднятые революцией. В начале 1907 г.  Тукай покинул медресе «Мутыгия» (Тухватуллиных). Началась его «вольная жизнь». Немало трудностей было на пути поэта. Революция шла на убыль. В начале 1907 г. власти запретили издание тех татарских периодических изданий, в которых работал и сотрудничал Тукай.

Осенью 1907 г. Тукай приехал в Казань. Здесь он быстро входит в литературные круги и сближается с молодежью, группировавшейся вокруг газеты «Аль-Ислах» («Реформа»). Однако его никогда не покидала мысль о необходимости продолжать традиции национальной сатирической печати. Частично это осуществилось в издании сатирико-юмористических журналов: «Яшен» («Молния»), «Ялт-юлт» («Зарница»). Тукай много сотрудничает с этими журналам,  борясь со всевозможными проявлениями реакции.

Уже ранний период творчества Г. Тукая был отмечен страстной проповедью бескорыстного служения народу, хотя при этом еще преобладала  риторика любви к нации. Поэт быстро пережил просветительскую романтику, все глубже проникая в реальный мир народа. Позднее, в условиях жестокой реакции, он с болью отмечал, как бесчинствующее в стране зло подтачивает «душу народа, силы народа». Тукай провозглашал: «Если хочешь волновать народную душу, пусть будет полон напев твой горькой печалью» («Без заглавия», 1908). В его творчестве возникает целый цикл замечательных поэтических и очерково-публицистических произведений, в которых исчерпывающе ясно выражено отношение к народу. Такие стихотворения, как «Осенние ветры», «Гнет», «Дача» (1911), «Чего не хватает сельскому люду?» (1912), «Надежды народа...» (1913) и другие, являются классическими образцами социальной лирики, в которых с потрясающей силой реализма раскрыта трагедия народных масс.

В основе тукаевской поэзии лежит не разговорная, а напевная интонация. Поэтому она быстро подбирает для себя музыкальный ключ. Однако из этого не следует делать вывод, что он отвергал усилия некоторых поэтов, своих современников (например, С. Рамиева), обогатить разговорной интонацией татарское стихосложение. Тукай утверждал, что «беда не велика, что размеры, ритмика, гармония различны. Важен только смысл и умение в совершенной форме пояснить этот смысл… кроме разве написанного без каких-либо размеров произведения Тургенева "Отцы и дети". В нем нет стихотворных рамок. А между прочим – поэзия».

 В годы реакции было непоправимо подорвано здоровье Тукая. Он находился в бедственном материальном положении. Коммерческое отношение книгоиздателей к его произведениям и незаинтересованность самого поэта в личном благополучии, несомненно, сыграли при этом немалую роль. Он вынужден был влачить нищенское существование в холодных номерах гостиниц. 

В пору нового революционного подъема происходят значительные изменения и в жизни поэта. Несмотря на резкое ухудшение здоровья, в 1911–1912 гг. он совершает путешествия, имевшие для него большое значение. В начале мая 1911 г. пароходом приехал в Астрахань, по пути знакомясь с жизнью Поволжья («Дача», очерк «Маленькое путешествие»). Здесь Тукай был гостем своего друга поэта С. Рамиева, встретился с азербайджанским общественным деятелем и писателем Нариманом Наримановым, сосланным сюда за революционную деятельность.

Весной 1912 г. Тукай решается на более значительное путешествие по маршруту Казань–Уфа–Петербург. В Уфе он встречается с М. Гафури. Эта встреча оставила глубокий след в жизни обоих народных писателей, укрепила их симпатии друг к другу. Петербург принял Тукая холодно. Здесь он не находит людей, подобных Гафури. Разумеется, передовая национальная интеллигенция Петербурга не осталась равнодушной к визиту поэта. Узнав о нем с опозданием, она стремилась оказать свое внимание. Прожив в Петербурге 13 дней,  19 (6 по старому стилю) мая Тукай покинул столицу и отправился в Троицк, а затем в казахскую степь – пить кумыс, надеясь этим поправить свое здоровье.

В Казань вернулся в начале августа 1912 г. Работал в удушливой атмосфере типографии и, несмотря на плохое самочувствие, продолжал писать. Последние годы жизни и деятельности Тукая свидетельствуют о том, что писатель, все ближе постигая народную действительность, резко ощущал разлад с враждебным народу обществом и беспощадно осуждал все то, что могло бы лечь тенью на его гражданскую совесть («Первое мое дело после пробуждения», «По случаю юбилея» и др.). Поэт вынужден был вести постоянную, непримиримую борьбу не только с жестокой действительностью, но и с собственными заблуждениями и иллюзиями, которые рождались в мучительных поисках правды и справедливости.

15 (2 по старому стилю) апреля 1913 г. в 20 часов 15 минут Габдуллы Тукая не стало. Он ушел из жизни в расцвете своего таланта.

Источник: Сайт Litra.ru (http://www.l

    Тукай и город Троицк

 

Весной 1912 г. болезнь поэта стала заметно обостряться – надо было куда-то ехать для поправки здоровья. Ему предлагали Крым, Астрахань или Уфу, в которых с почетом приняли бы Габдуллу Мухамматгарифовича Тукаева. Однажды в гостиницу (классик татарской литературы, не имеющий собственного жилья, с июля 1912 г. снимал номер в Казанской гостинице «Свет», а с декабря – комнату № 9 в «Амуре») пришел знакомый из г. Троицка Оренбургской губернии  –  Габдулла Гисмати.

Гисматуллин Габдулла Тухватуллович [26 (14 по старому стилю) марта 1883 г., Кустанай – май 1938, Уфа], журналист, педагог, государственный деятель. Его отец –  учитель, был родом из Каргалов, что под Оренбургом. В 1896 г. Гимати поступил в троицкое медресе «Мухаммадия», основанное купцами Яушевыми при II-й соборной мечети города; самостоятельно изучал арабо-персидскую и турецкую литературу, затем учился в русском училище. В 1902–1907 гг. служил учителем в Троицке. С 1907 г. работал преподавателем математики и природоведения в медресе «Мухаммадия» (Казань); одновременно получал классическое гимназическое образование.

Тезка поэта был т. н. «шала-казак» («чала-казах»[1]) – мать его была казашкой из Кустанайских степей. Он и посоветовал Тукаю летом ехать в Троицк, славящийся своими кумысолечебницами. При этом Гисмати уверял, что башкирский кумыс получают от кобыл, пасущихся на разнотравье сочных альпийских лугах высоко в Уральских горах, он вкусный, но легкий, некрепкий,  а вот казахские лошади питаются сухой травой (с высоким содержанием минеральных веществ) на степных солончаках, и поэтому у казахского кумыса, густого и терпкого, есть свои преимущества в лечении легочных заболеваний, особенно в сочетании с сухим и горячим степным воздухом…

В итоге Гисмати, настаивавший на лечении поэта в его родных местах, убедил Тукая, благо, что  последнего в Троицк приглашал и бывший проездом в Казани троицкий мулла Габдрахман-хазрат.

Габдрахман Мухамметжанович Рахманкулов – имам троицкой мечети № 3 (современная махалля-мечеть № 91 им. З. Расулева). Габдрахман-хазрат был сыном Мухамметжана Абдулзагировича Рахманкулова – первого имама мечети № 3 и племянником известного Троицкого ахуна Ахмад-хази Рахманкулова.

Г. М. Рахманкулов увлекался литературой, покровительствовал авторам, да и сам писал стихи, публиковал в газетах статьи на морально-этические темы (в 1937 г. мулла был арестован и погиб в ГУЛаге).

27 (14 по старому стилю) апреля 1912 г. Тукай отплыл на пароходе из Казани в Самару, там переночевал в отеле «Бристоль», пересел на поезд и в конце месяца – утром 30 (17 по старому стилю) апреля прибыл в Уфу – столицу соседней губернии. На ночлег устроился в складском помещении книжного магазина «Сабах» («Утро»). Исследователи биографии поэта отмечают, что в Уфе его фактически никто не встречал, званых обедов и экскурсий не устраивал, только семья татарских князей Давлеткильдеевых оказала ему гостеприимство. Именно здесь, на задворках магазина, поэта посетил и познакомился с ним молодой писатель Мажит Гафури.

Классик башкирской и татарской литературы Габдулмажит Нурганиевич Гафуров родился 1 августа (20 июля по старому стилю) 1880 г. в Стерлитамакском уезде Уфимской губернии в семье хальфы (сельского учителя). В 1898–1905 гг. он учился в знаменитом  троицком медресе «Расулия» ишана З. Расулева. Стремясь во время летних каникул заработать деньги на оплату учебы, он обошел почти весь уезд: трудился чернорабочим на торфяных разработках, на золотых приисках, в хозяйствах кулаков, учительствовать в казахских кочевьях. К этому времени относятся его первые поэтические и прозаические опыты. В 1904 г. Гафури переехал в  Казань и поступил в новометодное медресе «Мухаммадия», а в 1906–1908 гг. учился в уфимском медресе «Галия».

 Буквально через два дня пребывания в городе на реке Белой Тукай вспомнил, что его приглашали и в столицу. Пора кумыса на Южном Урале еще не наступила, и он выехал в Санкт-Петербург. Здесь, на р. Неве, его искренним восторгом встретила только группа молодежи из числа местной татарской интеллигенции. Тукай,  пробыв там около двух недель, 19 (6 по старому стилю) мая поездом же покинул этот город и вернулся в Уфу.

И еще с одним человеком из Троицка Габдулла Тукай познакомился в Уфе, его звали Габделбарий Баттал. Уроженец Бузулукского уезда Самарской губернии, он с 1909 г. работал преподавателем истории в медресе «Мухаммадия» (при II троицкой мечети). Позже Тукай писал об этой встрече: «Хотя и читал раньше острые и искренние критические материалы Г. Баттала, его самого еще не приходилось видеть. На этот раз его увидел в Уфе…  После нескольких дней отдыха (по возвращении – Р. Г.) в Уфе с Батталом эфенди отправился на вокзал. Еду в Троицк». Вот что вспоминал сам Баттал: «14 мая (по ст. ст. – Р. Г.) мы с поэтом М. Гафури посетили Габдуллу эфенди, жившего в одной комнате за магазином товарищества «Сабах». Тукаев завтра должен был отправиться в Троицк на кумыс. В тот день пришел я. Вдвоем сели на извозчика и направились на вокзал». На вокзале выяснилось, что поезд № 6 (Уфа–Челябинск) едет без остановки в Полетаево, где Тукай должен был сделать пересадку до Троицка. Поэтому, посадив поэта в вагон, Г. Баттал отбил телеграмму своему знакомому в Челябинске купцу Закиру Галиеву (иногда встречается написание Галеев – Р. Г.), чтобы тот его встретил.

Галиев Закир Галиевич (1856–1919), крупный предприниматель и общественный деятель. Как пишет челябинский краевед В. С.  Боже, с 1886 г. он представлял в Челябинске интересы троицкого Торгового дома «Братья Яушевы», а с 1906 г. вел самостоятельную торговлю. Имел 5 домов и 2 лавки в Гостином дворе,  владел паем мельницы Челябинского мукомольного товарищества. Был известен благотворительностью. С 1901 г. являлся попечителем мечети и действовавшего при ней медресе, подарил им в вакуф магазин на ул. Сибирской (ныне ул. Труда). С 1898 г. состоял гласным Челябинской городской думы, почетным членом правления мусульманской библиотеки-читальни. Входил в попечительские советы Челябинской женской гимназии (1912–1918) и торговой школы (1914, 1915). Был награжден серебряной медалью на Владимирской ленте «За усердие».

Дату отъезда из Уфы подтверждает и сообщение оренбургской газеты «Вакыт» от 22 мая 1912 г.: «Наш поэт Габдулла эфенди Тукаев, пробыв несколько дней в Уфе, 15 мая (28 по новому стилю – Р. Г.) отправился в сторону Троицка на кумысолечение». В Челябинске люди Галиева гостя встретили, накормили и на пролетке, вместе с попутчиками (проезжими немецкими коммерсантами), отправили в Полетаево.

(В Троицк поезд впервые пришел в ноябре 1911 г., у меня же есть ж/д расписание только на 1914 г. Согласно ему поезд № 3 Троицкой ж/д отправлялся со станции Полетаево Самаро-Златоустовской ж/д в 4 утра местного и, проехав Еманжелинскую и Нижнеувельскую, в 9-05 утра прибывал в Троицк. Сейчас, вместо 5 часов электричка пролетает это расстояние за 1,5 часа. Итак, по нашим подсчетам получается, что Габдулла Тукай сошел на троицкий перрон 30 мая (по новому стилю) 1912 г.  – Р. Г.).

Тукаю по приезду требовалось передохнуть, поэтому он на несколько дней задержался в городе. Известно, что гостил он в доме муллы Г. Рахманкулова. Дом этот располагался по адресу Моховой переулок, № 16 (сейчас это ул. Им. Г. Летягина).

Сохранились сведения, что его посещали группы городской молодежи и местной интеллигенции. Широко известен рассказ о том, как троицкие подростки – братья Иляловы (Исмагил и Исхак – в будущем известные музыкант-исполнитель и театральный актер, режиссер) –  демонстрировали Тукаю умение виртуозно играть на мандолине. Сам поэт в эти дни тоже, насколько позволял недуг, наносил визиты к некоторым горожанам. Большее гостеприимство не избалованных громкими именами троичан, думается, объясняется тем, что в местной общине не было представителей богатых княжеских родов, а несколько человек, работающих в местных русско-татарских школах, были выходцами из бедных дворянских семей (тех, кого иронично называли «чоботалы мурзалар» – «лапотные мурзы»).   Сохранились предания, что Тукай посещал дом купца Абдуллы Яушева и ездил на загородную дачу Габдрахмана Ахмарова (в 5 верстах от Троицка, на левом берегу р. Уй).

Абдулла Яушев – внук основателя троицкого клана Яушевых – Гайсы Мухаммет-Юсуповича, от его третьего сына – Хакимжана. Для более ясного понимания, Абдулла – троюродный брат всем известного Муллагали Яушева, главы ТД «Бр. Яушевы», которому принадлежали Пассажи в Троицке, Челябинске, Кустанае и Ташкенте…

Габдрахман Мифтахутдинович Ахмаров, троицкий предприниматель, общественный деятель начала XX в. Известен своей благотворительностью в сфере образования. В 1910 г. открыл женскую школу «Сююмбика» – первое в Троицке (да и на всем Урале) светское учебное заведение для татарских девочек. Обучение в ней велось по программам женских гимназий, часть предметов преподавалось на русском языке. Для работы в ней со всей России приглашались лучшие педагоги. За свое подвижничество получил прозвище «Джадидист». В 1910-е гг. Габдрахман Ходжа – один из организаторов мусульманского благотворительного общества, его исполнительный секретарь. Владел значительным собранием книг, некоторые из них до сих пор хранятся в фондах библиотек города Троиука. Отец известного советского художника-монументалиста Ч. Г. Ахмарова. Рассказ о воспоминаниях Чингиза Габдурахмановича, как якобы он, будучи маленьким ребенком, упросил отца взять его на дачу и всю дорогу проехал сидя на коленях Тукая, следует считать преувеличением. Во-первых, кто бы посадил  ребенка к больному открытой формой туберкулеза? Во-вторых, вояж состоялся в самом начале июня, а Чингиз родился в августе, когда поэт уже покинул Южный Урал.

А вот преданиям о том, что Тукай был в гостях у Латыпа Шариповича Яушева, пожалуй, можно доверять – их дача располагалась по соседству с Ахмаровской. Возможно, поэт посетил и городской особняк Латыпа Шариповича Яушева.  Этот двухэтажный дом располагается в самом начале улицы им. 30-летия ВЛКСМ (Татарский переулок) и до сих пор привлекает внимание приезжих. Он один из немногих оштукатуренных каменных домов города, которые удачно отделаны лепным декором. Фасад здания имеет трехчастное деление посредством полукруглых фронтонов, при этом и сами фронтоны и простенки между барочными окнами, а также фризы и межэтажный пояс обильно украшены лепниной. Все это придает сооружению пышный вид, дополняемый каменными трехчастными воротами и оштукатуренной кирпичной стеной, украшенной кованной металлической решеткой. Над воротами возвышался насест для голубей, известно, что Яушевы были не только страстными лошадниками, но любителями турманов и почтарей, вложившими свой вклад в выведение троицких пород этих птиц. Миллионеры не стеснялись собственноручно погонять над городом голубей. Справа от ворот был сад, отгороженный стеной с калиткой, в летнюю жару там можно было отдохнуть в прохладной тени беседки, среди цветов. В Троицке регулярно оживают разговоры о яушевских сокровищах, зарытых ими в годы революционных событий, и именно этот особняк почему-то чаще всего фигурирует в этих легендах.

Вскоре Тукая увезли на джайляу (летовку) в 25 верстах от города, где казахская семья держала косяк дойных кобыл, принадлежащий Габдрахману-хазрату. Свежайший кумыс и молочные продукты, приготовленные  тут же, бескрайняя цветущая степь (еще не спаленная троицким солнцем) и бездонная синь неба над нею так поразили  поэта, что он начал писать:

«Валлахи,[2] о валлахи, о валлахи!
Что за счастье – степь и лето, валлахи!

Воздух здесь: намажь на белый хлеб и ешь; 
Пенье птиц, до края зелень, валлахи!

Как казахи, кочевые облака 
Ищут место встать на небе, валлахи!

Чуть потянет ветерком, как вся трава 
По земле волнами ходит, валлахи!

(Перевод В. Думаевой-Валиевой)

Правда, вскоре он начинает тосковать по Казани, уже в письме от 19 июня (по старому стилю) жалуется на скуку. Тем не менее, Тукай, в общей сложности, 2,5 месяца прожил в специально поставленной для него белой юрте, дышал сухим степным воздухом и лечился свежим кумысом.

Больного поэта регулярно навещали горожане. Наиболее часто с гостинцами приезжала четверка молодых друзей – яушевский приказчик Сафа Абдулкабиров, журналист и поэт Акрем Галимов, талантливый учитель Валетдин Курбангалеев и мастер по пошиву головных уборов, поэт, Минхаж Маннапов (Минхаджуддин Манафов). Воспоминания последнего об этих встречах сохранились в записи его  дочерей (сохранились у потомка поэта М. Ф. Маннапова): «Тукая интересовали различные стороны жизни троичан. Он в частности, спрашивал, почему город назван таким именем, почему много песка на улицах. Просил рассказать о Меновом дворе, о сражении Пугачева в окрестностях города. Особенно Тукая интересовало обучение молодежи в городе. По его просьбе Валетдин хальфа (Валиуддин Курбангалеев – Р. Г.) рассказал: «В городе есть медресе “Расулия” и “Мухаммадия”. Имеется 7 мечетей, и при каждой школа. Для подготовки учительниц для этих школ существует “Дарульмугаллимат”. С учетом потребностей жизни братья Яушевы пригласили в город трех учителей русского языка, открыли русско-татарскую школу. Учителя Мухаррам Кальметьев и Лутфулла Газизов занимаются даже с взрослыми. Вот Мингаз-эфенди (М. Маннапов – Р. Г.) ходил на частные уроки, сейчас читает и пишет по-русски. Сторонники старого метода (кадимчи) не дремлют,  и меня прозвали “красным тараканом” (для солидности молодой хальфа носил длинные усы – Р. Г.) и “кямунисом” (коммунистом)».

Тукай и сам за это время несколько раз выезжал в Троицк, видимо, за мелкими покупками, свежими газетами и журналами, но точных сведений об этом не сохранилось. С Южного Урала поэт, немного окрепший, вернулся в Казань в начале августа 1912 г. Будучи тяжело больным, он продолжил работать в типографии, дыша свинцовыми испарениями, и писать стихи несмотря ни на что. Недуг продолжал свое дело – 15 апреля 1913 г (2 по старому стилю) в 20 час. 15 мин. у пациента Клячкинской больницы Казани, Тукаева Габдуллы, остановилось сердце. Он умер, как писал М. Горький, «от голода и чахотки», прожив неполные двадцать семь лет, Похороны поэта 17 (4 по старому стилю) апреля 1913 г. превратились в многотысячную процессию. В знак траура не работали магазины, казанские заводы, фабрики объявили неполный рабочий день. Были отменены занятия в школах, медресе. Учредительница Татарской женской гимназии Фатиха Аитова (дочь троицкого купца Абдулвали Яушева) разрешила своим воспитанницам пойти на похороны Тукая с цветами. Это был очень смелый шаг для того времени, вопреки законам шариата.

Кратко о том, как сложилась судьба остальных героев нашего рассказа:

Гисмати Габдулла с 1924 г. служил наркомом просвещения (1924–1925), председателем СНХ (1928–1929), управляющим Центральным статистическим управлением (1929–1930) Башкирской АССР. Участвовал в развернувшихся дискуссиях о национальном языке и письменности, выступал за избрание казанского говора в качества основы для татарского литературного языка. Являлся автором учебников по физической и экономической географии Башкирии для средних школ республики. Репрессирован, расстрелян в мае 1938 г. Реабилитирован посмертно.

Рахманкулов Габдрахман, с 27 июля 1928 г., по просьбе прихожан, снова стал  имамом Троицкой мечети № 3. Это его и погубило – был арестован в 1937 г., сослан с Сибирь, где и погиб.

Мажит Гафури, классик башкирской и татарской литературы умер в 1934 г. Похоронен с почестями в Уфе.  

Габдулбари Баттал, троицкий учитель, революцию не принял, эвакуировался с «белыми» в Казахстан. В Петропавловске издавал газету «Маяк». В 1920  г. возвратился в Казань. Был арестован ЧК, через год бежал из концлагеря. В 1921 г. нелегально перешел границу Финляндии, с 1925 г. жил и работал в Турции. Автор большого числа научных работ, умер в Анкаре в 1969 г.

Габдрахман Ахмаров, бывший доверенный богатого предпринимателя Г. Уразаева и лидер троицких джадидистов, тоже покинул Троицк, переехав в 1927 г. (по другим данным в 1930 г.) в узбекский город Карши.

Акрема Галимова, журналиста и поэта, навещавшего Тукая в степи, также не пощадила чахотка – он умер через 4 месяца после Тукая – 20 августа (по новому стилю) 1913 г. Его похороны на мусульманском кладбище Троицка, собравшие много молодежи, в т. ч. русской, превратились в общественную манифестацию (это было ново), произносились речи на татарском и русском языках,  были возложены венки, в том числе от редакции левой городской газеты «Степь».

Минхаж Маннапов, самодеятельный поэт, чьи воспоминания о Тукае дошли до нас, после публикации в 1914 г. его стихотворения «По поводу 300-летнего юбилея Романовых» в газете «Иль» (СПб.), подвергся преследованиям, а редактор газеты был привлечен к судебной ответственности. Спасаясь от ареста, Минхаж сжег рукописи и уехал в Среднюю Азию. Вернувшись в Троицк, активно  участвовал в общественной жизни послереволюционного города, организовывал и проводил праздники «Сабантуй», «Восточные вечера» («Шарык кичляре»). Умер от туберкулеза 18 декабря 1947 г.

Валиуддин Курбангалеев, учитель и другой участник поездок к Тукаю, после революции также продолжал преподавать. Согласно найденному следственному делу, Курбангалеев был арестован 11 марта 1938 г., а 5 октября 1938 г. приговорен в высшей мере наказания и  через 4 дня расстрелян. Его жена, Гайша Низамутдиновна Курбангалеева, приходилась сестрой Минхажу Маннапову. Она была первой женщиной-библиотекарем в Троицке.

Что касается Яушевых, которых посещал поэт, то многие тоже были репрессированы. Латиф Яушев, владелец упомянутого особняка, умер в эмиграции – в Мукдене (Маньчжурия). Его вдова – Камиля, дочь богатого троицкого купца Галиуллы Уразаева, сын – Абдуллажан и невестка – Зухра Хисматуллина после победы маоистов в Китае поселились в Сан-Матео (Калифорния). Их внуки до сих пор живут в США, только фамилии у них уже другие: Суинни, МакФарланды…

  Когда выбирали место для установки памятной доски в честь посещения Троицка поэтом Г. Тукаем, то остановились на бывшем доме А. Яушева по ул. Октябрьской, № 112 (сейчас там располагается Троицкая автошкола ДОСААФ РФ), где тогчно бывал поэт.

 

Р. Н. Гизатуллин

 

[1] «полу-казах» по-татарски.

[2] Ей-богу!